Украинский ритейл и кризис: грядет большая скупка?

18 декабря 2008
Годом передела рынка украинского ритейла станет 2009 г. Эксперты инвестиционной группы "Сократ", по свидетельству "ЛигаБизнесИнформ", уверены, что слияния и поглощения могут затронуть до 60% игроков рынка.
Контроль издержек
Специалисты "Сократа" утверждает, что процесс пересмотра инвестиционных планов уже запущен, и компании массово тормозят проекты. Первыми секвестру подверглись "бумажные" проекты и те, готовность которых ниже 60%. Если она выше, компании стараются объекты все-же запустить, ведь их консервация обойдется дороже запуска.
Другое направление работы - сокращение нерационально используемых площадей и закрытие нерентабельных точек. Один из примеров - интерес "Приватбанка" к сети "Фокус", которая давно перестала быть доходной и приносила лишь убытки. Банк рассматривает сеть как инструмент увеличения присутствия на рынке через открытие новых офисов.
Непосильные долги
В последнее время на рынке ходят слухи о предложениях игроков о покупке той или иной розничной сети. Это связывают с финансовым кризисом и невозможностью торговых сетей рефинансировать долги в условиях кризиса ликвидности.
В условиях срочной необходимости пополнения оборотных средств возможный выход - это продажа части активов.
Компании также продают торговые площади, арендуемые по зарегистрированным договорам. Однако в условиях кризиса такой выход не идеален, ведь и на ликвидный объект надо найти покупателя.
Отличительный признак ритейла - высокая долговая нагрузка, которая по мнению специалистов, превышает по отрасли 50% структуры капитала. Также на игроков сильно влияют кредитные организации, заинтересованные в досрочном возврате кредитов при первой возможности. Влияет и обвальное падение курса гривны, делающий неподъемным обслуживание валютных займов.
По данным специалистов группы "ТЭКТ", "о своей потребности привлечения иностранного инвестора" объявили ритейлеры, которые занимают около 70% рынка Украины. Остальные находятся в не менее тяжелом положении.
Крупные станут еще больше
По данным группы "Сократ", в 2007 г. доля 3-х крупнейших ритейлеров составляла около 15%, а в среднесрочном периоде ожидается значительный рост доли рынка в пользу крупных игроков.
Сейчас наблюдается тенденция удешевления активов ритейлеров. "Если еще год назад многие из них продавались по х10 EBITDA - х11 EBITDA, то сегодня стоимость снизилась до х5-6 EBITDA", - сообщил руководитель аналитического департамента "Сократа" Константин Степанов. Но это характерно не только для украинского рынка. Российские ритейлеры тоже сильно упали в цене, хотя на них, в отличие от украинских, не так давит девальвация национальной валюты.
Выручка уменьшится
Опрошенные компанией "ЛигаБизнесИнформ" эксперты считают, что в феврале 2009 г. полки украинских магазинов частично опустеют в связи со cнижением доходов потребителей и переходу на более дешевые продукты, а также с проблемами поставщиков. Факт в том, что ритейлеры используют задержку оплаты поставщикам как метод поддержания собственной ликвидности. Сейчас просрочка по расчетам достигает 2-3 месяцев, и может аукнуться сетям отказами поставщиков от сотрудничества без предоплаты.
Выживут сильнейшие
По мнению специалистов, активность ритейлеров на рынке M&A придется на II-III кварталы 2009 г. О более конкретных сроках можно будет говорить лишь после оценки отчетности сетей по итогам 2008 г.: о реальной ситуации сейчас приходится лишь гадать - информации недостаточно. Да и сами владельцы сетей пока не до конца осознали новые реалии рынка.

Рынок M&A в мире в 2009 г. упадет до показателей 1995 г.

8 декабря 2008

Самой низкой с 2004 г. может стать активность в сфере M&A в 2009 г. При этом вынужденная продажа активов финансовыми компаниями из-за требований кредиторов или в рамах финансируемых правительствами сделок может привести к консолидации в банковском секторе.
Эксперты Barclays Capital и Nomura Holdings считают, что объем рынка слияний и поглощений в 2009 г. может сократиться на 30% - примерно до $2 трлн. С начала 2008 г. данный показатель упал на 36% относительно аналогичного периода 2007 г., что, по компании Freeman & Co., привело к сокращению комиссионных банков в этой сфере на 34% - примерно до $63 млрд.
"Это наиболее неблагоприятные условия за многие годы, напоминающие ситуацию начала 90-х или даже хуже. Возможно, настолько же тяжелые, как в середине 70-х, - сказал Филипп Кивил из Compass Advisers LLP (ранее  возглавлял европейское M&A-подразделение Salomon Smith Barney Inc.) - В следующем году можно ждать потока стратегических сделок, которые будут совершаться вынужденно, в том числе - слияния банков и страховых компаний при поддержке правительств".
Свыше трети из 20 крупнейших сделок M&A, объявленных в IV квартале, были инициированы властями,   свидетельствуют данные Bloomberg.
"В Европе любые крупные транзакции M&A, вероятно, будут связаны со спасением компаний правительствами", - считают аналитики Societe Generale SA. По их прогнозу, количество завершенных операций в сфере M&A в 2009 г. сократится до 4 тыс. (минимальный уровень с 1995 г.) - по сравнению с 8 тыс. в 2008 г.
Сочетание снижениния выручки и роста стоимости заимствований может вынудить компании продавать активы по заниженным ценам.

Российский рынок M&A в I полугодии 2008 г. Мнение "КПМГ"

20 ноября 2008
По данным КПМГ, в I полугодии 2008 г. объем российского рынка M&A превысил $60 млрд., что вдвое больше соответствующего периода 2007 г. Приблизительно $15 млрд. пришлось на 70 сделок по приобретению иностранными инвесторами российских активов. Однако в сентябре-октябре ряд компаний заявил о пересмотре планов по слияниям и поглощениям в связи с финансовым кризисом, что приведет к существенному снижению суммарного объема сделок по итогам II полугодия 2008 г.
Гендиректор "Ингосстраха" Александр Григорьев заявил, что компания в 2009 г. не планирует неорганического роста за счет приобретения других страховщиков. В условиях кризиса на покупку компаний не будет средств. Кроме того, на страховом рынке по-прежнему отмечается завышенная стоимость компаний, добавил Григорьев. Основной акционер корпорации АФК "Система" Владимир Евтушенков заявил о приостановке сделок по приобретению сотовых операторов СМАРТС и "Скай линк". ВТБ приостановит выход на банковский рынок Узбекистана, Таджикистана и Молдавии.
Доступ к изменениям
19 ноября компания Leta-IT объявила о начале поглощения екатеринбургского системного интегратора АСК. Привлечение инвестора потребовалось АСК для экспансии за пределы Урала, объясняет ее совладелец Евгений Шароварин, который возглавит совет директоров АСК. Без помощи Leta-IT у уральской компании могли бы возникнуть проблемы - например, с рефинансированием долгов, добавляет президент Leta-IT Александр Чачава. По его словам, на должность исполнительного директора компании назначен Андрей Третьяков, в остальном перемен в структуре менеджмента не предвидится. Инвестиции в АСК составят 442 млн руб., большая часть из которых пойдет на инженерный центр, в котором к 2010 г. число инженеров достигнет 1000 (сегодня - не более 60). Также в екатеринбургской компании будут введены стандарты контроля качества Leta-IT.
Как уже сообщали "Ведомости", новые акционеры "КИТ финанс""Алроса" и ОАО "РЖД" (которые в конце сентября объявили о покупке по 45% акций) недавно одобрили новую стратегию развития розничного бизнеса банка на 2009 г. Приоритетом "КИТ финанс" станут кредитование малого и среднего бизнеса и банковские карты (ранее банк специализировался на ипотеке).
В конце октября "Вымпелком" закрыл сделку по покупке за $226 млн. 49,9% "Евросети". Ее бывший владелец, а ныне председатель совета директоров Евгений Чичваркин не исключает возможности кадровых перестановок.
"Во время кризиса M&A порой единственный инструмент для компаний, стремящихся получить доступ к капиталу", — отмечает Майкл Кнолл, партнер, руководитель группы по сопровождению сделок слияния и поглощения PricewaterhouseCoopers. Он замечает, что в нынешней ситуации, когда рынки кредитования почти закрыты, предлагая долю в бизнесе, компании стремятся обеспечить себя новыми фондами для дальнейшего развития. На его взгляд, привлечение средств по сравнению с обычным привлечением кредитных средств неудобно тем, что владельцу, возможно, придется поступиться частью прав собственности, а следовательно, есть риск вмешательства новых партнеров в систему управления компанией. "В зависимости от типа партнерства или инвестирования риски могут быть различными. Но наш опыт показывает, что введение дополнительного инвестора чаще выгодно для бизнеса и с точки зрения менеджмента", — отмечает Кнолл.
Доступ к выгодам
"Кризисные активы", а именно компании в трудном финансовом положении, окажутся в центре интересов покупателей, считает Роберт Вартеванян, партнер, руководитель группы слияний и поглощений КПМГ в России и СНГ. Он приводит в качестве примера подобных сделок группу X5, приобретающую красноярскую розничную сеть Alpi; Андрея Рогачева, который купил 49,5% акций "Макромира"; намерения Bank Saint-Petersburg купить VEFK.
"Будет период, когда покупатели замрут в ожидании дальнейшего снижения уровня цен, но потом опять начнут приобретать активы по низким ценам, чтобы впоследствии заработать на их росте, — говорит Марк ван дер Плас, партнер, руководитель отдела корпоративных финансов КПМГ в России и СНГ. — Если компания находится в кризисной ситуации, процесс M&A будет специфичным: сроки проведения сделки ограничены, риски значительно выше и должны быть компенсированы либо снижением цены, либо специфичными условиями в договорах купли-продажи и сопутствующих юридических документах, либо отложенными платежами".
"Объединяясь, компании могут достичь критической массы, которая поможет им пережить спад рынка, — полагает Виталий Фарафонов, старший менеджер компании "Делойт СНГ". — Это усилит их положение на рынке, сообщит больше веса их совместным действиям и имиджу. Дополнительной выгодой станет объединенный бухгалтерский баланс, который важен в текущей ситуации. Кризис вынудит компании стать более эффективными, и M&A сработает как катализатор усовершенствований. В конечном итоге компании, которые сегодня участвуют в сделках M&A, окажутся лидерами рынка, как только экономическая обстановка изменится к лучшему".
По материалам "Ведомостей"

Слияния и поглощения (M&A) в условиях кризиса ликвидности

17 июля 2008
Начало 2008 года было ознаменовано радикальным изменением ситуации на рынке мировых финансов. При сохранении прежней инфраструктуры рынка произошел так называемый кризис ликвидности, который трактовался различными экономистами и как сбой одного из многочисленных элементов финансово-кредитной системы, и как начало масштабного глобального экономического кризиса, но, по состоянию на настоящий момент, привел к новым реалиям финансирования инвестиций. Целью данной статьи является раскрытие влияния произошедших в мировой экономике событий на финансирование одной из наиболее важных моделей прямых инвестиций — сделок по слияниям и поглощениям.

За последний год в мировой финансовой системе многое поменялось, и все-таки нельзя сказать, что произошли какие-либо фундаментальные изменения. И хотя механизмы действия мировых финансов и инфраструктура рынка остались прежними, с учетом произошедших перемен крупнейшим компаниям приходится привыкать к работе в новых условиях. Если раньше для слияний и поглощений мог использоваться относительно легкодоступный и дешевый заемный капитал, то в последнее время развитие кредитного рынка пошло по двум путям, которые мы условно можем назвать "европейским" и "американским". Однако здесь следует понимать, что в условиях финансовой глобализации тот или иной рынок определяется не по географическому признаку, а по используемой на нем валюте. Соответственно тенденции на рынках определяются прежде всего денежно-кредитной политикой Европейского Центрального банка (ЕЦБ) и Федеральной резервной системы (ФРС), а также ведомыми ими американскими инвестиционными и коммерческими банками и универсальными европейскими банками. Как известно, основная разница между регулирующей политикой ЕЦБ и ФРС в последнее время состоит в приоритетах денежно-кредитной политики. Если для ФРС более важным оказалось решение проблемы кризиса ликвидности и рефинансирования проблемных кредитов, то в Европейском Союзе данная проблема стоит не столь остро, в результате чего ЕЦБ сконцентрировался на борьбе с инфляцией, оказавшейся основной проблемой европейской экономики. Очевидно, что обе эти задачи решались противоположными способами. Если Федеральная резервная система снижала процентную ставку, то Европейский ЦБ держал ее на ранее установленном высоком уровне. На валютном рынке это выразилось в снижении котировок доллара и достижении новых рекордов по валютной паре USD/EUR. Чем заметнее становилось отличие в процентных ставках по основным мировым валютам, тем сильнее различались условия для инвесторов, работающих с долларом и евро.

Рассмотрим ситуацию в США. Снижая процентную ставку, ФРС способствовала повышению доступности кредитных ресурсов для заемщиков. Тем не менее следует понимать, что эта мера была направлена прежде всего на удешевление рефинансирования ранее выданных кредитов и снижение стоимости обслуживания тех кредитов, которые были выданы с привязкой к процентной ставке ФРС США. Инвесторы дешевых денег практически не получили. Действительно, процентная ставка по кредитам снизилась, но это не повлекло за собой облегчения доступа к кредитным ресурсам. Низкая ликвидность кредитных организаций, а также низкая процентная ставка в сочетании со снижением привлекательности долларовых инвестиций (формирующих ресурсы американских банков) привели к сокращению объемов кредитования, в результате чего банки стали очень осторожно относиться к своим заемщикам. Наиболее интересными для американских банков стали активы с относительно высокими уровнями ликвидности и надежности — короткие займы внутри экономики США. Дешевые и длинные деньги, которые долгое время предлагались американскими банками, инициаторами слияний и поглощений, практически ушли с рынка. Несмотря на снижение роли американских банков в финансировании зарубежных сделок, доллар не так сильно утратил своих позиций на данных рынках, как мог бы в результате уменьшения своего предложения. В целом ряде долларизованных экономик процентные ставки по внутренним и региональным активам не изменились. Более того, в ряде случаев, в условиях снижения котировок доллара на валютном рынке, они выросли. В структуре процентной ставки бывшая существенной надбавка за страновой риск сменилась еще более высокой надбавкой за валютный риск. Таким образом, получилось, что доллар, будучи старейшей евровалютой, на зарубежных рынках практически потерял связь с внутренним кредитным рынком
США и стал жить своей жизнью.

Наиболее известным итогом денежно-кредитной политики США стало снижение курса доллара на международном валютном рынке. У подобной курсовой динамики был интересный эффект, который, несмотря на его очевидный психологический характер, не стоит недооценивать. Дело в том, что традиционно в инвестиционном банкинге большая часть расчетов велась в долларах США. В том числе, подобная методология распространялась и на те сделки по слияниям и поглощениям, которые осуществлялись на зарубежных рынках, с валютой платежа, финансирования и заимствования, отличной от американского доллара. С учетом снижения котировок американского доллара денежный поток, измеряемый в национальных валютах (или евро), а затем пересчитываемый в USD, оказался существенно выше расчетных прогнозных показателей. При использовании доллара в качестве валюты при расчетах эффективности проектов по слияниям и поглощениям зачастую возникает мираж, способствующий переоценке осуществленных ранее вложений и экстраполяции данной тенденции на будущие приобретения активов, осуществляемые, в частности, в других валютах. Грубо говоря, нормы долларового показателя IRR, завышенного в условиях обесценения доллара, могут использоваться в качестве аналога для проектов в иных валютах, что завышает прогнозные результаты M&A-проектов.

Другим интересным миражом стали инфляционные тенденции: рост цен на выпускаемую продукцию помог аналитикам, оценивающим проекты по слияниям и поглощениям через методику дисконтирования cash flow (DCF), достичь результатов за счет инфляционного увеличения денежных потоков. Несмотря на видимую логичность американской денежно-кредитной политики, она скрывает в себе явный парадокс, заставляющий усомниться в действии классических рыночных законов на финансовых рынках: более дешевые деньги стали менее доступными, образовался дефицит ликвидности. Таким образом, доступ к кредитным ресурсам стал ограниченным, причем с учетом того, что фактор доступа к кредитным ресурсам непросто отразить в математических моделях числовым образом, усложнилось моделирование кредитования слияний и поглощений. В условиях ограничения доступа к ресурсам действуют два основных принципа их распределения: рыночный и нерыночный. Нерыночный механизм в принципе не подлежит моделированию ввиду использования нечисловых данных, рыночный же распространен в американской экономике больше, чем где-либо еще, и его действие осуществляется благодаря системе рейтинговых и рэнкинговых оценок предприятий-заемщиков. Однако данная система зарекомендовала себя не лучшим образом при американском ипотечном кризисе: спровоцировавшие кризис ликвидности ипотечные обязательства характеризовались высокими уровнями надежности. Теоретически банкам стоило бы сконцентрироваться на кредитовании инвесторов с наилучшими долговыми рейтингами, однако на практике это означало бы отказ от значительной части клиентской базы, являющийся непозволительной роскошью в условиях сокращения ресурсной базы кредитных организаций. В результате у банков остался один выход: пропорциональное снижение лимитов на кредитование по различным группам клиентов. В условиях ограниченности кредитных ресурсов для заемщиков предпочтение отдается более насущным проблемам пополнения основных средств и рефинансирования ранее полученных инвестиционных кредитов. Затем в порядке предпочтений следуют инвестиции в создание новых производств и лишь затем — поглощения, реализуемые обычно через приобретение ценных бумаг, более рискованную операцию, чем приобретение основных средств (в условиях последних тенденций — за исключением недвижимости).

Вышеописанная тенденция неизбежно приводит к снижению числа сделок по поглощениям, причем не только на национальном американском рынке, но и на рынках, куда американский капитал активно приходил ранее. В числе этих рынков и российский, на котором с начала 2008 года динамика сделок по поглощениям стала резко отрицательной, и объясняется это отнюдь не только снижением числа потенциальных объектов поглощения. В то же время заметно упали темпы роста кредитования банками реального сектора.

Отсутствие интереса к поглощениям не означает отказа предприятий от слияний. Напротив, финансовая слабость целых отраслей стимулирует предприятия отказываться от конкурентной борьбы и переходить к тактике слияний. Ярким примером подобного процесса в Америке являются активизировавшиеся в последнее время переговоры о слиянии между крупнейшими и вместе с тем проблемными национальными авиаперевозчиками, входящими в Sky Team: Delta, North-Western и American Airlines. В России интересные тенденции по развитию рынка слияний были отмечены в последнее время в финансово сильной металлургии.

Ситуация в Европейском Союзе внешне хоть и отличается от США, по производимому эффекту похожа на американскую. Здесь спрос на объекты для поглощений в большей степени определяется возросшей стоимостью заемных ресурсов. Более того, так же как и в американской экономике, на удорожание кредитных ресурсов наложилось снижение их доступности: инфляционные процессы на макроуровне способствовали сокращению инвестиций населения, а американский по своим корням кризис ликвидности оставил Европу без легких денег американских инвестиционных банков (при сохранении интереса американских инвесторов к номинируемым в евро активам ввиду существующих перспектив валютного рынка). Соответственно вместе с повышением процентных ставок ужесточились критерии, предъявляемые к инвестициям. Более того, кризисные явления в экономике способствовали снижению нормы рентабельности (особенно действительных, а не номинальных показателей прибыльности) предприятий реального сектора. Количество потенциальных объектов для поглощения существенно снизилось в условиях ужесточившихся критериев эффективности вложений и ухудшившихся показателей предприятий. Дефицит ликвидности неизбежно привел к спаду на фондовом рынке. Рыночная капитализация целого ряда котируемых на биржах предприятий (например, Tallink на OMX Tallinn) оказалась ниже стоимости их чистых активов, а биржевой индекс Эстонии снизился более чем в полтора раза по сравнению с 2005 годом, когда в эстонской экономике наблюдался бум слияний и поглощений. Таким образом, европейские предприятия стали более интересными объектами для поглощений. Тем не менее при положительном EBITDA и чистом убытке за первый квартал 2008 года Tallink вряд ли сможет показать хорошие показатели рентабельности. Подешевевшие европейские и американские активы привлекают в рамках сделок по поглощениям не американских и не европейских инвесторов: наиболее активно инвестиционную деятельность развивают страны, в меньшей степени пострадавшие от кризиса ликвидности, в первую очередь так называемые страны БРИК, к которым относится и Россия. Характерной особенностью поглощений со стороны инвесторов — резидентов стран БРИК было то, что далеко не всегда сделки по поглощениям диктовались финансовыми мотивами, в ряде случаев целью приобретения зарубежных активов был выход на ранее закрытый для инвестора рынок либо доступ к разработанной приобретаемым предприятием технологии. Центром подобных поглощений является находящаяся в продолжительном кризисе автомобилестроительная отрасль — еще до начала кризиса ликвидности известный британский производитель автомобилей Rover был поглощениндийской Tata.

Нельзя сказать, что кризис ликвидности не затронул российской экономики. Изначально его влияние было сугубо отрицательным, на грани кризиса оказался целый ряд предприятий и банков, зависевших от притока зарубежных заемных средств. Как уже было отмечено, кризис ликвидности моментально поспособствовал снижению числа сделок по слияниям и поглощениям внутри российской экономики, лишив инвестора доступа к дешевым западным заемным средствам.

Данный риск был реализован, что привело к следующим важным последствиям:
1) ощутимо выросли процентные ставки;
2) снизились объемы кредитования;
3) рост процентных ставок привел к ужесточению требований к внутренней норме доходности и экономической эффективности приобретаемых предприятий;
4) рост процентных ставок больше был обусловлен влиянием внутренних макроэкономических факторов, чем взаимодействием с международном рынком заемного капитала. Следуя за рыночными тенденциями и декларируя намерения борьбы с инфляцией, Центральный банк Российской Федерации впервые за последние годы даже повысил процентную ставку до 10,5% годовых;
5) в структуре заемных источников средств большее значение приобрели внутренние, номинированные в национальной валюте ресурсы;
6) в результате ограниченности заемных ресурсов увеличилось значение собственного денежного потока инвесторов в финансировании проектов по слияниям и поглощениям;
7) в результате девальвации доллара США по отношению к мультивалютной корзине, евро, российскому рублю и большей части других мировых валют произошел постепенный отказ от доллара США как от инструмента меры изменения эффективности M&A-проектов.
8) возросшее значение собственного денежного потока и привлекаемых на внутреннем рынке ресурсов, потеря долларом США функции меры изменения эффективности M&A-проектов, а также дефицит европейских инвестиций на российском рынке (традиционно номинируемых в евро) способствовали постепенному вытеснению иностранной валюты с рынка финансирования M&A-проектов более дорогим в привлечении российским рублем.

Таким образом, российская экономика, несмотря на более благоприятное положение, стала развиваться по европейской модели. Дальнейшие перспективы участия России в мировом рынке слияний и поглощений туманны. Улучшение ситуации на европейских и американских финансовых рынках может привести к возвращению приобретающих активы западных инвесторов на российский рынок, однако более вероятной выглядит обратная тенденция: дешевеющие европейские и американские активы могут оказаться более привлекательными для слияний и поглощений, и, скорее всего, российский капитал воспользуется этим, даже несмотря на дороговизну российских заемных ресурсов, которые могут быть использованы в сочетании с ограниченными лимитами западных банков. Кроме того, в условиях низкого уровня процентных ставок и роста рисков по долговым ценным бумагам возникает вопрос о целесообразности вложений государственных резервов стран БРИК в обязательства с фиксированной доходностью. Выход государственных инвесторов на западные рынки слияний и поглощений может привести к радикальному изменению ситуации на них,однако ввиду возможной субъективности политики инвесторов данная перспектива с трудом поддается прогнозированию.

По материалам "Инвестиционный банкинг" № 2/2008

СЛИЯНИЯ И ПОГЛОЩЕНИЯ: ЭМПИРИОРИКА ИССЛЕДОВАНИЯ

8 мая 2008
Рынок слияний и поглощений проснулся после затишься, и демонстрирует оживление по всем секторам российской экономики. Как справедливо отмечает Ю.С. Сидоренко: "Слияния и приобретения, а также их разновидность - поглощения публичных компаний являются неотъемлемыми процессами любой рыночной экономики. Компании во всем мире стоят перед выбором модели развития - ограниченный рост за счет расширения собственных производственных мощностей или активный рост за счет слияний и приобретений других компаний" . Как свидетельствует практика, именно процессы слияния позволили многим компаниям занять статус ведущей в том или ином сегменте рынка.